Пятигорск просыпается медленно. Утро 15 июля 1841 года ещё прохладное, солнце только начинает прогревать камни на склонах Машука. В воздухе уже чувствуется запах пыли и травы, который всегда появляется здесь перед жарким днём. Михаил Юрьевич Лермонтов сидит у окна в своей комнате, смотрит на гору и курит. Папироса тлеет медленно, дым поднимается к потолку тонкой струйкой.
Два дня назад всё было иначе. Николай Мартынов был в числе близких знакомых, почти другом. Они вместе смеялись за столом, вместе ездили верхом по окрестностям, вместе слушали бесконечные сплетни пятигорского общества. А теперь между ними пропасть. Всё началось с пустяка - с колкой шутки, с острого слова, которое Лермонтов бросил при всех. Мартынов вспыхнул, потребовал объяснений, потом вызова. И вот уже секунданты договорились, пистолеты заряжены, место выбрано - у подножия той самой горы, что сейчас спокойно смотрит на город.
Никто вокруг всерьёз не верит, что дело дойдёт до конца. Друзья поэта переглядываются, перебрасываются шутками, уверяют друг друга, что всё закончится примирением прямо на месте. Кто-то даже предлагает пойти к Мартынову и уговорить его забрать вызов. Кто-то шутит, что Лермонтов снова всех удивит и вместо выстрела просто обнимет противника. Родственники, знакомые, случайные приятели - все живут в этой странной уверенности, что трагедия обойдёт стороной. Никто не хочет допускать мысли, что через несколько часов один из них останется лежать на земле с простреленной грудью.
А Лермонтов молчит. Он уже давно привык, что люди вокруг него не видят самого главного. Он пишет стихи, в которых задыхается от тоски и злости на этот мир, а потом выходит к людям и надевает маску насмешливого гусара. Сегодня маска особенно тяжёлая. Он знает, что Мартынов стреляет хорошо. Знает, что сам он в этот раз не станет стрелять в воздух. И всё-таки идёт вперёд - потому что иначе уже нельзя.
Город живёт своей жизнью. Где-то звенят колокольчики на упряжи, где-то смеются девушки на бульваре, кто-то торгуется с извозчиком. Обычное утро на водах. Никто не подозревает, что через несколько часов здесь, под Машуком, закончится одна из самых ярких жизней русской литературы. И что потом будут десятилетия разговоров, споров, воспоминаний - но уже без него.
Время приближается. Лермонтов встаёт, поправляет черкеску, смотрит на себя в маленькое зеркало. Лицо спокойное, только глаза выдают усталость. Он берёт пистолет, кладёт его в карман и выходит на улицу. До дуэли остаются считанные часы. А вокруг всё ещё царит обманчивая тишина перед грозой.
Читать далее...
Всего отзывов
5